Журналист, бандит, писатель, милиционер

Человек всегда был и будет самым любопытнейшим явлением для человека…

В.Г. Белинский

Да, это всё в лице одного человека — Козачинского Александра Владимировича (1903-1943), авантюриста, любимчика женщин, спортсмена, беллетриста, способного сыщика, литератора и журналиста. Он прожил всего 40 лет. То были годы насыщенные бурными событиями и переживаниями, провалами и взлётами, разочарованиями и счастливыми находками. И хотя родился Александр в Москве, его характер и сущность лепила мама Одесса. Козачинский приехал в неё вынуждено, что было связано со здоровьем отца. Учился в местной 5-й мужской гимназии, где познакомился с Генкой Катаевым, будущим известным советским писателем Евгением Петровым, автором бессмертных произведений «Двенадцать стульев» и «Золотой телёнок». До конца жизни их судьбы окажутся связаны, а тогда они породнились кровью.

В силу семейного положения гимназист Александр вынужден был пойти работать ещё караульным, потом бросил учебное заведение и дороги юношей временно разошлись. Был складским рабочим, конторщиком канцелярии в милиции (1919). Времена наступили суровые и жестокие. После Октябрьского переворота 1917 года все планы рухнули. В 1920 году молодой человек уже инспектор уголовного розыска не спокойной Одессы, одновременно вратарь городской футбольной команды и постоянно находился в поиске новых ощущений т.е «имел склонность к беспокойной жизни», как вспоминал один из современников. После нескольких переводов — начальник уголовного розыска (1921). В возрасте 16 лет раскрыл дело известного на всю Одессу налётчика. Отличился в деле «Бельчанского Волисполкома». Среди 10 арестованных чиновников восемь оказались членами партии. Александра Козачинского предупредили о возможных проблемах в связи с его настойчивостью в этом деле о хищениях, учитывая связи партийцев. Так и случилось. Он был обвинён в «дискредитации власти» и уволен от службы, получив три года лагерей без изоляции. Но попав под амнистию вернулся на службу (1922), совершив ошибку, как покажет время. Он оказался втянут в сферу пьянства, незаконных обысков, взятничества, страдал от влияния в этом деле начальника милиции. Покинул расположение подразделения прихватив кое что из имущества начальника милиции. Тот тогда получил крупную взятку от местного мельника в виде фургона зелёного цвета с 16 пудами зерна. Козачинский с помощью немецкого колониста угнал его в Тирасполь. Со службой в милиции было окончательно покончено. Вскоре беглецы были задержаны с похищенным и отправлены в ЧК, а имущество поделено между дознавателями по делу. Козачинский спасло от расстрела обстоятельство, что сами милиционеры разнесли по хатам конфискованное зерно. Поэтому скоро выяснилось, что предмет хищения отсутствует.

Здесь неожиданно проснулся природный литературный талант нашего героя. В переписке с сотоварищем он «… мешая факты из личной биографии и из авантюрных романов, расписывал… свои «похождения», сочинял истории о связях с преступным миром Одессы. Произвёл огромное впечатление на колониста и неожиданно сам поверил, что может стать настоящим предводителем банды. Дело было за малым – найти её. И та нашлась на удивление быстро. Козачинского познакомили с заинтересованными людьми, позже к ним присоединились налётчики бывшего полковника Геннадия Орлова.

Александр сошёлся с бандитами, создав ОПГ из немецких колонистов и бывших белогвардейцев. Их было более 20 человек, а вожак быстро стал авторитетом не только в местном преступном мире, но и среди населения. Банда действовало чуть более года, операции тщательно планировал сам вожак. Первой среди них стал удачный налёт на пассажирский поезд под Одессой. Днём люди Козачинского были законопослушными хуторянами, а ночью грабили помещиков, районные конторы и много другого, что приписывали «красавчику с благородной душой и своеобразным чувством юмора. В него было влюблено все женское население немецкой колонии. По сохранившимся документам (опросы свидетелей и характеристики), местные жители отмечали в нём не только природную красоту и высокий интеллект, но и несвойственное для того времени необыкновенное благородство».

Весной 1922 года Козачинский познакомился с заведующим ветеринарным лазаретом. Человек мутный во всех отношениях тот стремился придать своей деятельности контрреволюционный фетиш. Выбор был странный, так как семья Александра никогда не отличалась политизацией, а сам он был по-юношески всё ещё увлечён Конан Дойлом. Но молодость брала своё и Александр проникся новыми теориями провозглашаемыми его новым знакомым. Всё свелось к банальному налёту на лазарет с кражей пяти, десяти лошадей и нескольких баранов. 13 сентября 1922 года вновь арестован, а в группе задержания оказался его друг Евгений Катаев, которому Козачинский сдался. Вдвоём они и пришли в отделение милиции. Никто из них стрелять в друга не стал.

Козачинский рассчитывал на Евгения, но в дело вмешалось ГПУ, занимавшееся государственными преступлениями. Их состав обнаружен не был зато «блестяще восторжествовало правосудие» в суде, где «вспомнилась борьба» с советской властью обвиняемых, уничтожение коммунистов, нападение на небольшие воинские части, связь с белой эмиграций и т.д. Сказать, что Козачинский выслушав эту тираду был потрясён — ничего не говорить, как и о его 23 сотоварищах. Похищение лошадей и овец было причислено к «угрозе действующей власти и территориальной целостности страны», а подсудимые шесть человек приговорены к расстрелу. Причём на счету только двух бандитов из этого числа было три убийства у остальных только кражи (включая Козачинского). И снова фортуна оказалась на стороне своего пасынка. По кассационной жалобе расстрел был отменён. После этого дела Евгений Катаев оставил службу и уехал. С весны 1923 года Козачинский сотрудничал с изданиями «Голос заключённого» и «Жизнь заключённого». Скоро стал популярен не только у читателя, но и знатоков дела. О нём говорили как о талантливом начинающем литераторе.

В 1925 году Александр Владимирович был амнистирован и уехал в Москву. Там начался следующий этап его жизни о котором потомки вспоминают чаще. Он занялся журналистикой и писательством. Ангелом хранителем его был тот же Евгений Катаев. Козачинский стал репортёром газеты «Гудок», в 1937 году опубликовал несколько рассказов о лётчиках (1937). Скоро с помощью Катаева стал ведущим журналистом газеты «Экономическая жизнь» и написал свою знаменитую повесть «Зелёный фургон». Она выдержала издания 1953 г. и 1983 г., 1989 г. вошла в несколько сборников разных лет (1990 г., 2012 г., 2015 г., 2018 г. и т.д.), была экранизирована и продолжает не сходить с экранов. В этой повести сам автор стал прототипом казнокрада и футболиста Красавчика, а Евгений Катаев Володи Патрикеева. События выписаны из биографии и окружения самого Александра Владимировича.

С началом войны Катаев стал военным корреспондентом и друзья-товарищи расстались теперь уже навсегда. 2 июля 1942 года Евгений погиб в авиационной катастрофе, успев побывать в Севастополе и сделать наброски нового очерка. «Я уже привык верить в чудеса, — писал он в нём 25 июня, — потому что семь с лишним месяцев обороны Севастополя — военное чудо». Козачинский сильно переживал гибель друга и слёг. Его отец умер от туберкулёза, который в 1938 году настиг и сына. Не призванный в армию по состоянию здоровья Александр в 1943 году был эвакуирован в Новосибирск, где скончался. Он успел написать только одну потрясающую повесть и несколько рассказов. На столике перед умершим писателем пришедшие проститься с ним люди увидели фотографию Катаева…

 

P.S. 04.04.2014 в Одессе установлена мемориальная доска в память о А.В. Козачинском, а на здании бывшей 5-й мужской гимназии братьям Катаевым

Аркадий Чикин. Член СПР. Севастополь

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s